Отзывы об ставках на спорт

Высокая ставка читать онлайн полностью

высокая ставка читать онлайн полностью

Читать онлайн Высокая ставка автора Бренда Джексон бесплатно. Высокая ставка Бренда Джексон. Когда-то Брук и Айан любили друг друга. Книга Высокая ставка, автор Джеймс Джулия читать онлайн представлена версия полностью (весь текст) для мобильного телефона и компьютера. «Paragon Laboratories». Находясь на границе крупного научного открытия, Лорен не позволяет ничему и никому мешать ее работе. Только лишь к одной вещи она.

Высокая ставка читать онлайн полностью

Высокая ставка читать онлайн полностью фильмы онлайн бесплатно кавказская рулетка высокая ставка читать онлайн полностью

Пожалуй правила моей кухни домашний ресторан казино что

Удалил это best casino slots online быстро

СИСТЕМА СТАВОК В СПОРТЕ

Сэл не принудил, просить себя два раза, поднял цыпленка и побежал домой. Он еще долго слышал, как мальчик поносил парикмахера:. Спустя три дня Сэл играл в бейсбол на школьном дворе. Он уже тогда нравился девченкам, и они с энтузиазмом следили за ним. Вдруг Сэл обернулся и, заслонившись от солнца рукою, увидел Ники Венезия и еще 2-ух мужчин. Как позже он вызнал, это были Джуниор и Рокко, двоюродные братья Ники.

Они направлялись прямо к нему. Вот черт, помыслил Сэл, но удирать не стал. Что толку? В бедняцком квартале все знали друг друга, как в феодальном поместье. Купи он билет на Аляску, может, и удрал бы. Может быть. Узреешь что-нибудь — развернешься и пойдешь в другую сторону. Ее слова подлили масла в огонь. Сейчас Ники знал, что у него есть публика. И улыбнулся. Ники наотмашь стукнул его по лицу. За сиим не чрезвычайно мощным ударом посыпался град остальных. Сэл попробовал защититься и поднял руки, но Ники повалил его на травку, прыгнул ему на грудь и принялся избивать кулаками под пронизывающий визг девченок и подбадривающие клики братьев Ники.

В голове у Сэла гудело: лишь бы не зарыдать, лишь бы Ники не забил его до погибели. Но он быстрее даст себя уничтожить, чем прольет хоть единую слезу. Скоро Ники утомился, оставил Сэла в покое и, не произнеся ни слова, вкупе с братьями пошел прочь. Господство было установлено. Высокая воля «наследного принца» исполнена. Девченки, плача, кинулись к Сэлу, пытаясь ему посодействовать. Одна из их ойкнула, когда он перевернулся на животик и его стошнило. Проведя рукою по распухшему лицу, Сэл ощутил, что оно в крови.

Он оттолкнул девченок, с трудом поднялся с земли. Он уже пересек поле, когда из глаз потекли слезы, перемешиваясь с кровью и рвотой Он склонился над полосой белоснежного порошка, насыпанного Джимми на стекло, приложил к ней соломинку для коктейля, зажал одну ноздрю и глубоко вдохнул. Порошок исчез. Когда Сэл в конце концов практически на ощупь добрался до собственной квартирки над прачечной, его мама все сообразила. Не говоря ни слова, взяла его за руку и отвела в ванную.

Без излишних расспросов помыла и смазала раны марганцовкой. Опосля данной чисто случайной встречи Ники не волновал Сэла. Его превосходство было установлено, и Сэл не собирался вызывать его на ответный бой.

В школьных коридорах и на дворе Ники не направлял на Сэла никакого внимания. На последующий год Сэл пошел в школу Джуниор Хай, а Ники расположили в исправительную колонию опосля целой серии ночных краж во Французском квартале. Небольшой, худенький Ники пролезал через вентиляционные шахты, карабкался по стенкам, даже проникал в трубы, которые в Нью-Орлеане были чисто декоративными, и отпирал двери своим взрослым компаньонам.

Ники изловили, когда он застрял меж витыми сетками на веранде третьего этажа, и привезли в участок на Рэмпарт-стрит. На допросе он плевал в лицо полицейским, сыпал проклятьями, поминал их предков и хохотал, когда ему сломали нос. Полицейским ничего не оставалось, как выслать его в колонию.

Будь он совершеннолетним, за него тотчас же внесли бы залог. Малыш Джонни и Даго Ред Ла Рокка ушам своим не верили, слушая истинные легенды о смелости и стойкости Ники, и чрезвычайно гордились сиим чертенком. Любопытно, сколько времени ему пригодится, чтоб стать главарем колонии? Законные сыновья Малыша Джонни соображали, что недаром Ники — любимец отца.

Им же было запрещено идти на рискованные преступления. По последней мере пока. Говоря по правде, Джонни лелеял слабенькую надежду на то, что его сыновья станут адвокатами и политиками, которых он считал реальными ворами. Но как вынудить мальчиков учиться? Малыш Джонни преуспел, но благодаря нахальству и предательству, а не американской рабочей политике. Ежели есть руки, чтоб украсть, и мозги, чтоб не попасться, — кради.

К черту работу. Она для ослов. И будет сказано к чести братьев Венезия, они отлично соображали, что могут стать лишь правонарушителями, поэтому что для другого очень тупы. И еще, что Ники будет их главарем. Джимми Вэн насыпал на стеклянной поверхности десяток полосок кокаина прямо перед Джуниором Венезия. Джуниор послюнявил палец, провел им по стеклянной поверхности, где был кокаин, и потер десны:.

Этот дождик реальный подарок. Сэл нечасто встречал Ники до того времени, когда ему исполнилось девятнадцать и он начал работать в клубах на Бурбон-стрит. Ники тогда крутился повсюду: был вышибалой в стриптизных заведениях Малыша Джонни, доставлял проституток клиентам, продавал музыкантам наркотики, забирался в дома, не находившиеся под покровительством Малыша Джонни.

Сэл играл в клубе «Касабланка» в конце квартала на скрещении улиц Бурбон и Ибервиль и уже становился местной знаменитостью. Он собрал неплохую группу, и каждую ночь, с 9 до 3-х, они исполняли нью-орлеанскую музыку. По выходным масса практически ломилась в клуб, дело даже доходило до драк. А девушки! Они осаждали сцену, визжали от восторга, слушая коронные песни Сэла. А когда он опускался со сцены передохнуть, угощали его выпивкой, вытирали пот со лба, гладили по густым волосам и что-то нашептывали.

Что ни ночь, то у него иная женщина, а то и две. Он водил их в складское помещение бара. И Ники Венезия это увидел. Он лениво входил в клуб, прислонялся к стене и, практически неприметный в тусклом свете, скупыми очами опытнейшего сутенера смотрел на массу женщин, окружавших Сэла.

Встретившись с ним очами, Сэл начинал петь громче: выводил невообразимые рулады, заглушая восторженный визг дам, и торжествовал: «Ну что, ублюдок? А долго это было? Боже, мне и пятнадцати не было. Мы с Милли стояли у самой сцены и, честное слово, страшно тебя хотели!

Милли говорила, ты сам ее написал? Тут целыми днями, по ночам — в «Кинг Луи». Так что месяца два вообщем ничего не сочиняю. Он улыбнулся. Даже на данный момент, в состоянии паники, он не мог не обрадоваться признанию собственного таланта.

Пластинка кончилась. Ники и Сандра, смеясь, возвратились к бару. На лбу у Ники выступил пот. Она засмеялась. Для ухаживания он был очень стар. Ники снял и повесил на спинку стула пиджак. Он обожал дорогие заграничные вещи от Джорджио Армани. Когда-то его обучил одеваться один фраер, втершийся в высшее общество, и сейчас Ники, казалось, сошел с рисунки престижного журнальчика, чего же не скажешь о остальных 3-х мужчинах, предпочитавших черные тона и богатство золотых украшений.

Все в баре заулыбались. Ники Венезия был всеобщим любимцем. В тюряге — новенькая девченка. Может, для тебя и понравилось бы. Мужчины практически затряслись от нервного хохота. Почаще всего в тюрьме им подменяла даму собственная рука, но ни для кого не было секретом, что Ред Ла Рокка традиционно находил для себя молоденького заключенного.

К данной нам его малеханькой беспомощности относились тихо, поэтому что в остальном он всех устраивал. И для тебя приведут детину метра в два ростом с оторванным ухом, татуировкой на руках и шрамами на лице. Эти слова были встречены смехом. Даже дамы не удержались. Громче всех гоготал Даго Ред. Эдвард Джей — потрясающий мужчина. Ники поглаживал Хеди по спине. Она улыбнулась и прижалась к нему. Ники тоже улыбнулся, достал из кармашка коробок спичек, перегнувшись через стойку, зачерпнул им кокаин.

Втянул в одну ноздрю, позже в другую. И объявил:. От кокаина меня несет. Пойдем со мной. Сэл нервничал. Перемывал незапятнанные стаканы, протирал сухие, лишь бы не посиживать без дела, в то время как мысли его были далековато на авеню Сент-Чарльз.

Сэл пожал плечами и посмотрел на часы: 3. Лишь через три часа его сменит ночной бармен. Как долго. Он этого не вынесет. Спой мне, — не отставала Хеди, продолжая смеяться и царапнув своими длинноватыми ногтями его по запястью, — ну, пожалуйста, Сэл.

Давай быстрее, пока последующая не началась. Ну спой для меня, пожалуйста. Он не мог сказать: оставь меня в покое, не приставай к покойнику. Он не посмел обидеть новейшую подружку Ники Венезия. Больше всего ему на данный момент хотелось перепрыгнуть через стойку, выбить дверь и убежать за тыщу миль. Сэл увидел, что все взоры устремлены на него. Но не с энтузиазмом. Быстрее с любопытством.

Дождик по-прежнему барабанил в окно. Какое-то время Сэл смотрел на Хеди, она казалась ему существом с иной планетки, иной галактики, иной жизни. Мягенькие черты лица, припудренный носик, колоритная синева глаз. Он боялся ее. Она была в восторге. Мне так нравится. Это же реальный хит. Моя возлюбленная группа. Сэлу хотелось закрыть глаза и представить, что на данный момент прошедший год, прошедшая неделька, позавчерашний день, и мелкие светящиеся числа не сменили плюс на минус, жизнь на погибель.

Сияние исчез из глаз Ники. Они стали прохладными, как будто льдинки. Это не ускользнуло от Сэла, и он подумал: «Зачем мне все это, зачем? Ники, стоя за спиной собственной подружки, намотал ее косу для себя на кулак. Но она не увидела. Ники дернул за косу. Хеди испуганно ухватилась за стойку, чтоб не утратить равновесия, и выронила стакан, но не удержалась на стуле и плюхнулась на пол, сильно ушибив спину. Ники склонился над ней, опять намотал ее косу на руку и потащил, осыпая пинками, на место для танцев.

Там он поставил ее на ноги и дернул за волосы, как куклу за веревочку, сказав в тихом бешенстве:. И танцуй, шлюха, пока я не прикажу для тебя остановиться! На губках Хеди выступила кровь. Она не поднимала глаз. Ники, пританцовывая, прогуливался вокруг нее, прищелкивая пальцами и злостно шипя:. Она быстро кивнула, чуть сдерживая рыдания и переставляя ноги. Ники улыбнулся. Он повернулся к ней спиной и стал ритмично толкать ее ноги своими.

При каждом его прикосновении дама вздрагивала. Мелодия равномерно затихала. Медлительно, казалось, ей не будет конца. Даго Ред подвинул ему несколько порций. Хеди меж тем все еще всхлипывала, стоя в центре зала. Ники втянул еще дозу кокаина. Откинулся на стуле, запрокинул голову и сделал глубочайший вдох. Потом поглядел на Сэла:. Мэк Ребеннак? Потрясающий мужчина. Да, я тоже надеюсь. Тогда, может быть, ты отыграл бы Малышу Джонни собственный долг. На мгновение воцарилась тишь.

Порывистый ветер усиливал стук дождика, барабанившего в дверь и окна. Казалось, кто-то невидимый, большой пробует ворваться вовнутрь. Напряженную тишину нарушила песня «Гордая походка Сисси». Хоть бы Синатру либо Тони Беннета послушать! Ты даже не знаешь, что он погиб, а изображаешь из себя знатока его кинофильмов. Поэтому что ее отпрыск всех закладывал. Ники в упор поглядел на Сэла, но вызова в его очах не увидел, и взор его мало смягчился, тогда он ответил:.

И без того небольшой кабинет показался Сэлу еще теснее. Ники промолчал, лишь смотрел на Сэла. Он с трудом подбирал слова:. Вы с Джуниором, кажется, никуда не торопитесь, может, подмените? В таковой дождик никто не придет, и телефонных звонков мало, не знаю почему Ники плюхнулся в прохладное кожаное кресло, закинул руку на спинку и покачался на старенькых пружинах, смотря на Сэла из-под томных век. Никто в квартале не одевался, как он. Был, во всяком случае. Мог быть. Слышал, как визжали девчонки, когда ты пел.

Они на все готовы ради тебя. Мог бы заработать на их миллион баксов. Никогда не усвою. Как проповедник, либо фальшивомонетчик, либо жокей, либо Быть музыкантом — как СПИД. А делать ставки и петь, — он ткнул пальцем в Сэла, — вообщем крайнее дело. Ты так никогда и не узнаешь, как приятно вынудить даму продаваться ради тебя.

Сэл за ним. Вдруг Ники тормознул и положил Сэлу руку на плечо. Разве не в этом кинофильме Эдвард Джей сбрасывает с лестницы маму стукача? Сэл вышел из кабинета в плаще с поднятым воротником. Хеди даже не посмотрела на него. Она посиживала на собственном прежнем месте, держа обеими руками стакан. Сэл вышел из-за стойки и мягко опустил за собой перекладину.

Дверь к свободе была в пары метрах. Зазвонил телефон. Похолодев, Сэл обернулся и увидел, что Ники снял трубку. Сэл с трудом удержал дверь, которую чуть не вырвал порыв ледяного ветра. Ветер с реки стукнул Сэлу в лицо, капли дождика казались картечью. Сэл втянул голову в плечи и быстро пошел по Сент-Чарльз-авеню. Дождик лил за воротник, струйками стекал по спине. Сэл проголосовал, но промчавшееся мимо такси было занято, и шофер даже не посмотрел на него. Трамвай в конце квартала, медлительно удалялся, печально звеня колокольчиком.

Сэл перебежал на другую сторону улицы. Он вымок весь до ботинок, ноги онемели от холода. Под навесом спаленного кинозала Сэл закурил. Рука со спичкой дрожала. Затянулся несколько раз, но не ощутил вкуса, сунул руки в рукава плаща и пошел по блестевшей от дождика улице. Голова слегка кружилась. Он выбрался из бара живым и ощущал себя как будто зверек, выпущенный из клеточки.

Но что делать теперь? Какие у него возможности? Какой выбор? До восьми, максимум до 9 часов ему нужно отыскать 100 восемьдесят, какие-то несчастные 100 восемьдесят тыщ баксов. Подумаешь, так просто смешно. Сейчас даже банк не ограбишь — воскресенье.

Выход найдется». Сэл подержал во рту безвкусный окурок, понаблюдал, как дождик пробует затопить Чарльз-авеню. Что же все-же делать? Куда идут нескончаемые должники, чтоб заработать 100 восемьдесят штук? И чего же вообщем стоит жизнь неудачника? Совершенно незначительно. Так что терять ему нечего Не считая еще одной неудачной ставки.

В черно-сером небе сверкнула молния, Сэл вздрогнул и испуганно вскрикнул. Что это с ним? Над вымокшим, прохладным городом проехался гром. Сэл смотрел на потоки грязной, мутной воды и задумывался о том, что у него не хватит сил выбраться из западни, в которую он сам себя загнал. Он любовник, а не боец. Но в наиблежайшие часы придется побороться, ежели он желает узреть восход над Миссисипи. Из-за стенки дождика, как будто привидение, возник еще один трамвай, скользя по рельсам, как в немом кино.

Сэл щелчком выбросил зажженную сигарету, и она перевоплотился в липкую массу еще до того, как свалилась на землю. Сэл застегнул верхнюю пуговицу, поднял воротник, тяжело вздохнул и под дождиком побежал к трамваю. Косметикой Ванда стала воспользоваться с 13-ти лет, назло собственной набожной мамы, и с тех пор по последней мере полтора часа в день румянилась, что-то выщипывала, подводила, выделяла, подкрашивала, пудрила, тонировалась, придавая сияние тому, что ей было дано от природы.

Ежели бы Ванду спросили, что, фактически, она сделала в жизни, не считая того, что вышла замуж за Чарли Максуэлла и развелась с ним чрезвычайно впору, то есть до того, как его магазин по продаже шикарных каров вылетел в трубу, ежели бы поинтересовались, чему ее обучила жизнь, — она ответила бы, что искусству мейкапа.

Им она овладела в совершенстве. И чем старше становилась, тем больше способностей приобретала, так как с каждым годом на это уходило все больше и больше времени. В дверь опять позвонили. В Понтшартен-Тауэрз был привратник; за 10 тыщ в год он должен был звонить по телефону и предупреждать о гостях, чтоб они не стучали в каждую дверь, слоняясь по коридорам.

Поднявшись с кресла, Ванда опять поглядела в зеркало и стала вытирать салфеткой под левым глазом. Стерпел бы такое Пикассо, будь он на ее месте? Еще эти Карверсы, Стейнеры, Дуплессы. Они должны привести с собой прелестного юного человека, оформляющего их домик на озере в Ковингтоне. Того самого, на которого Ванда — Джанин это лицезрела — смотрела голодными очами, когда гостила у их в прошедшее воскресенье.

Нью-орлеанцы постоянно неплохи. Не без недочетов, естественно, зато к развращенности полностью терпимы. А сейчас еще звонок в дверь. Боже мой! Кто звонит в дверь? И этот кто-то за это поплатится. Здесь Ванда похолодела. А вдруг это Дуплессы? Не перепутала ли Джанин время? Может быть, тот неотразимый юный конструктор стоит тут, за дверью, а она еще не успела наложить макияж! Который час?

Начало 5-ого. Неуж-то она приглашала Джанин к 5 либо началу шестого? Когда-то, еще будучи замужем за Чарли, она провела лето в Риме и брала с собой любовника-итальянца Сэла Сальваторе, чтоб он был под рукою, как она шутила. Совершенно еще молодой, высокомерный, он говорил с упором, но она воспринимала его итальянский за реальный и провела без морок то лето, когда была на пятнадцать лет молодее.

С тех пор второсортного музыканта с Бурбон-стрит окружал ореол романтичности, даже экзотики. Ванда взялась за ручку, но не открывала. Она поглядела в глазок и вскрикнула. Вода стекала с Сэла прямо на ковер, и уже образовалась лужа. Она побежала за ним. Знаешь, я не успела наложить мейкап. Я даже не подвела глаза.

И чрезвычайно некстати. Я жду друзей, они приехали на парад «Марди Грас». Меньше чем через час будут тут. К тому времени ты должен уйти. Сэл снял томные от воды трусы и сейчас стоял голый, держа в руках одежду и беспомощно озираясь. Она отнесла его одежду в небольшую ванную. Когда возвратилась, Сэл посиживал на кровати и курил сигарету. Она в упор поглядела на него, принесла сухое полотенце, джинсы и теплую рубаху, которые он когда-то у нее оставил, и бросила на кровать.

Но он и не задумывался ни одеваться, ни уходить и поглубже затянулся, устремив взор в место. Она глубоко вздохнула, продолжая заниматься своим делом. Вдруг она увидела, что он рыдает. Посиживает голый на краешке кровати и тихо рыдает. Так говорила ее подруга Джанет в Чикаго. Мужчины — это мелкие детки. Либо огромные подлецы. Джанет из Чикаго нажила состояние с одним огромным подлецом.

Ванда подошла к Сэлу, обняла его, придавила к для себя. Он раскрыл кимоно, прижался лицом к ее мягенькой пышноватой груди и рыдал. Он еще крепче прижался к ней, покачал головой, тихо всхлипывая. Ванда погладила его по темным мокроватым волосам и бросила взор на часы. Лохматым голубым полотенцем она лаского вытирала его плечи и грудь.

Ей нравилось его тело. Не нравились лишь мозги. Их очевидно ему не хватало. Она не переменила выражения лица, даже глазом не моргнула. Она сама доброта и роль, но снутри что-то оборвалось, что-то давило на грудь. Она провела по лицу кончиками пальцев и улыбнулась. Позже отошла к окну, раздвинула шторы, выглянула в большущее, во всю стенку окно и принялась разглядывать городской пейзаж.

Отсюда, с 20 седьмого этажа, Нью-Орлеан казался городом Старенького Света, аккуратненько разбитый на кварталы, округа, жилые массивы. Темное и белоснежное. Старенькое и новое, бедное и богатое. Кэнал-стрит, Вье-Каре, Гарден-Дистрикт. Дождик на какое-то время практически прекратился, и остаток дня был прохладным и сероватым, как традиционно в Нью-Орлеане в зимнюю пору. У Джанет была присказка на каждый вариант жизни, и этот не был исключением. В конечном итоге, говорила ей Джанет, все без исключения красавчики клянчат средства.

Но от этого Ванде легче не стало. На данный момент ей важнее всего заняться своим лицом. Она повернулась и поглядела на Сэла, обширно и нежно улыбаясь. У меня нет ни гроша. Я же для тебя говорила. Ванда смотрела на Сэла, сидячего на ее стеганом покрывале, стряхивающего пепел с ее сигареты, и вдруг увидела, какого он малеханького роста.

Не исключено, вообщем, что она замечала это и ранее. Она скользнула взором по его смуглому волосатому телу, и тошнота подступила к горлу. Некий он непонятный. На талии уже наметилось то, что Джанет называла «поясом интеллекта». Небольшой, необразованный, жалкий. Он просил у нее средств лишь поэтому, что спал с ней. Она презирала Сэла и терпеть не могла себя. До сих пор ей удавалось избегать вот таковых дешевеньких драматических сцен. Сама мысль о их ее ужасала. Будь ей за 50, дело другое.

Но ей нет еще сорока 5 а перед ней этот ничтожный, всхлипывающий донжуанчик! Еще одна иллюзия юности развеяна. Ванда быстро завязала пояс на кимоно, затянув покрепче, отвернулась и покачала головой:. Ко мне вправду на данный момент придут. Она беспокоилась все больше и больше. 100 восемьдесят тыщ баксов. Как вообщем может этот латинос говорить о таковых деньгах? Что еще взбредет ему в голову? Способен ли он на насилие? Боже мой, все так банально, так дешево, так Была бы тут Джанет Хэнди из Чикаго, она подсказала бы Ванде, как вести себя.

Джанет никогда не одобряла Ванду, когда та оставалась на зиму в этом городке. Лишь не в Нью-Орлеан. Бога ради! Что там делать? Ванда даже не посмотрела на него, поглощенная своим левым глазом. Она слышала, как тикают у кровати часы.

Ванда вздохнула, осторожно положила карандаш, повернулась на вращающемся стуле и холодно поглядела на Сэла. Господи, да он кричит на меня. Сохраняй присутствие духа, — говорила она. Хоть он и кончал для тебя в рот много раз». Как же низковато я пала». Ко мне на данный момент придут гости.

Одевайтесь и уходите. Я требую. Лишь чтоб они не стали за мной охотиться. Через месяц я все отдам, а может, и ранее. Она покачала головой. Этот псих не зарабатывает и 14-ти тыщ в год. Даже по заниженным нью-орлеанским эталонам он голодранец». И что лишь я в нем нашла? Прекрасное лицо? Мужскую силу? Любовником, естественно, он был неплохим, но на данный момент уже не так молод.

Меньше пить нужно. Вечно из-за этого влипаю в истории». Неплохого в этом не много, я желаю огласить Она с трудом сдерживала хохот. Смешная ситуация. Этот коротышка, стареющий мальчишка, мокрый и полуголый, стоит в ее спальне и дает реализовать половину несуществующего Бруклинского моста. Нужно быть осторожной, осторожной и внимательной. А основное — решительной и резкой.

Мы столько ночей провели тут Все это была болтовня. Мы занимались любовью, пили вино, курили траву, ты играл мне свою дурацкую музыку при луне, я говорила, что ты прекрасен, — все чрезвычайно мило. Осточертел весь этот фарс.

Даму, разорившую Чарли Максуэлла, отобравшую у него три четверти состояния, желает провести некий музыкантишка из Нью-Орлеана. Секс с тобой был чуть выше среднего. Вообщем, как и твое пение. Ты что, снова проигрался? Месяц либо два назад выпрашивал семь тыщ, чтоб выпутаться из этого Разве я не просила тогда больше не клянчить у меня денег? А сейчас просишь 100 восемьдесят тыщ.

С минутки на минутку придут гости, а я Тут в кухне они в один прекрасный момент занимались любовью, пока в микроволновой печи готовилась пицца. И убивать будут долго. Мы много значили друг для друга. Потом резко отстранилась, подвела Сэла к черному ходу, ведущему к пожарной лестнице.

Она взяла со шкафчика сумку, достала несколько купюр, сунула Сэлу в руку и вывела его в прохладный коридор, где вдоль стенок стояли мусорные баки. Тут она чмокнула Сэла в щеку, возвратилась в квартиру и со словами:. Щелкнул замок, и вслед за сиим раздался глас Ванды: — Иду, Джанин, иду!

Сэл стоял на холоде и смотрел на мятые купюры в руке. Позже медлительно развернул, пересчитал. Из квартиры доносились веселые возгласы, маленький мужской глас, громкий беззаботный хохот. 100 30 два бакса. Сэл для чего-то опять пересчитал их. Три двадцатки, 5 десяток, четыре пятерки и две купюры по одному баксу.

Снова хохот. Мужской глас, но уже иной, молодой:. Сэл сунул средства в кармашек, поднял над головой мусорный бак и хватил им о дверь. Позже еще и еще. Воцарившаяся тишь казалась звенящей. Сэл слышал собственное дыхание. Потом он заорал:. Спать с тобой все равно что с своей бабкой. Меня от тебя тошнило. Из-за двери не доносилось ни одного звука. Они уничтожат меня, а ведь она могла мне посодействовать. Но не сделала этого. Сейчас я покойник». Он пробежал практически 10 пролетов, до этого чем принудил себя тормознуть.

Бежать, бежать, куда угодно, это единственное, что ему остается. Эта мысль вытеснила из головы другие. Прислонившись к прохладной, увлажненной стенке, он ощутил, как стучит кровь. Смешно, не знал, что у покойников бывает пульс. Не теряй чувства юмора. Оно для тебя понадобится.

о этом нужно запамятовать, — размышлял Сэл, — уж лучше пистолет с одним патроном. Нет, лишь не это. Не будь дураком». Он сел на ступени и закрыл лицо руками, заметив, как сильно они дрожат. А ведь было не так уж холодно. Сэл осознавал, что теряет самообладание. Как растерял уже все остальное. Он уже не мог противиться ужасу. А ведь на данный момент, он посмотрел на часы, всего четверть седьмого, что же будет к 10 часам?

Боже, что делать? Вся его жизнь! Вся его жизнь летит ко всем чертям! Почему он должен мучиться из-за всяких подонков?! Почему одни, извалявшись в дерьме, пахнут розами, а остальные, такие, как он, неудачники, чуть сводят концы с концами?

Ведь еще днем, несколько часов назад, ему катастрофически везло. 70 5 восемьдесят тыщ прибыли. Он объелся за завтраком в «Монталбано» на Бурбон-стрит и отдал Терезе 100 баксов на чай. Из собственного выигрыша. На ее широком черном лице возникла ослепительная улыбка: «Похоже, ты принял сейчас пару успешных ставок, Сэл». Он улыбнулся: «Пару? Целую кучу». Оба забавно рассмеялись. Пришлось клянчить средства у ужасной старухи! Вот я и скрываюсь на лестнице для прислуги Этажом ниже открылась дверь, и кто-то вышел на лестницу.

Сэл прижался к стенке. Наверное служба сохранности. Ванда их вызвала. Заявила, что некий псих ломится в квартиру с темного хода. Сэл практически вжался в стену и затаил дыхание. До него донесся звук томных шагов по лестнице. А вдруг это не полицейские, а братья Венезия? Вдруг они шли за ним от самого бара? Сэл закончил дышать, в висках стучало. Еще шаги на лестнице. На стенке обозначилась узенькая вытянутая тень. Как будто чудовище из кинофильмов ужасов 30-х годов.

Тень тормознула. Наверное прислушивается. Сэл застыл. Мгновения показались ему вечностью. В конце концов тень повернулась и стала спускаться с лестницы. Хлопнула мощная дверь. Сэл подождал еще с полминуты. Кто же это мог быть? Я теряю над собой контроль.

Я просто разваливаюсь. Я на грани срыва. Не беспокойся. Ежели ты сделал что-то не так, братья Венезия все исправят. Так, подлец. Сохраняй чувство юмора. Для тебя оно понадобится. Чрезвычайно пригодится». Он оторвался от стенки и пошел вниз, застегивая рубаху. Дождик прекратился. Стояла глубочайшая ночь.

Ветер стих, но было серо и холодно. В свете фонарей переливались фиолетовым и золотым декорации для парада «Марди Грас». Рабочие в защитных касках и утепленных куртках тянули кабель вдоль тротуара, ежась от холода. Сэл следил за ними. Изо рта у него шел пар. То-то Сандра обрадуется! Эта мысль встряхнула его. Нельзя просто так стоять тут и мерзнуть, теряя драгоценное время.

Уже 6 20 семь. Через каких-либо три с половиной часа Альберт Кастилья вломится в бар и востребует свои средства. Больше четверти миллиона. Представляю, в каком они будут шоке». Сэл пересек улицу и направился к центру, выглядывая такси. За три с половиной часа нужно отыскать 100 восемьдесят тыщ. Не так уж много для парня, не имевшего за всю свою жизнь и 2-ух пар ботинок сразу.

100 восемьдесят тыщ долларов! 100 восемьдесят тыщ. Может, это станет его молитвой. Сэл вспомнил свою тетю Лилиан, на коленях у изображения святых, в блике зажженных свеч, в спальне с занавешенными окнами. С самого вечера девятого дня она возносила молитвы Святому Иосифу и позже гордо показывала израненные, в синяках колени. А через недельку с ухмылкой докладывала, что молитва ее услышана.

Может, последовать ее примеру? Каждую минутку, три с половиной оставшиеся часа повторять «сто восемьдесят тысяч», и тогда, может быть, он отыщет средства либо средства отыщут его. Да, компаньон, произнес он для себя, с тобой все ясно. Ты безнадежен. Уповаешь на волшебство. Вот до что докатился. В этот момент на Дофин-стрит, узенькой и длинноватой, как коридор, налетел резкий порыв ветра. Сэл поежился, стуча зубами, и убыстрил шаг. На данный момент он находился в районе Квотер.

В самом сердечко местности семьи Венезия. Пожалуй, даже гиблое. Сэл поднял воротник рубахи и, дрожа от холода, пошел далее мимо двух— и трехэтажных домов по обе стороны черной улицы. Ребенком он играл тут, растерял невинность в узеньком переулке, таком, как этот, выкурил 1-ый косяк на трехэтажной веранде с стальной сеткой, таковой, как на этих зданиях. Эти узенькие односторонние улицы были для него родным домом все 30 восемь лет его жизни.

Он мог по пальцам пересчитать те случаи, когда выезжал из городка на концерты, да и то не далее пятидесяти — 100 миль. Сейчас прохладный ветер гулял на этих древних улицах, предназначенных для кабриолетов и телег, редкие пешеходы спешили домой из местных увеселительных заведений, куда все прогуливаются по воскресеньям, из каждого бара на пути Сэла сочилась музыка, и Сэл ощущал себя потерянным, пришельцем из другого мира, случаем попавшим в этот город в этот вечер двадцатого века.

Это было мало похоже на то, что он испытал деньком, когда вкупе с лошадью Трансформер проиграл беспроигрышный забег. Когда все стало для него другим, изменившимся и пугающим. Он получал некоторый импульс от мостовой, практически на физическом уровне чувствовал через подметки, что он тут чужой, аутсайдер, пришелец.

Он тут больше не дома. Он чувствовал это с таковой силой, как не чувствовал ничего никогда. Евгений Водолазкин — прозаик, филолог. Водолазкин Евгений Германович. Жанр: Теория фуррора. Кийосаки Роберт Тору и ещё 1 создатель а. Жанр: Психология. Жанр: Классические произведения в прозе. Ремарк Эрих Мария. Жанр: Эротика , Классические романы. Я бежала изо всех сил, не видя ничего перед очами. Томные ветки хлестали по лицу, оставляя кров Дорогой читатель.

Умелое и красочное иллюстрирование природы, мест событий нередко завораживает собственной непередаваемой красотой и очарованием. Невольно проживаешь книжку — то исчезаешь на сто процентов в ней, то возобновляешься, находя параллели и собственное основание, и нежданно для себя растешь душой. Не нередко встретишь, настолько глубоко и проницательно раскрыты, трудности человечьих взаимосвязей, стоящих на повестке дня во все века.

В главной идее столько чувства и план так глубочайший, что каждый, соприкасающийся с ним становится ребенком этого мира. Все образы и элементы настолько филигранно вписаны в сюжет, что до крайней странички "видишь" происходящее своими очами. Умопомрачительно, что создатель не делает никаких выводов, он радуется и огорчается, веселится и грустит, зажигается и остывает вкупе со своими героями. Кроме интереснейшего, захватывающего и увлекательного повествования, в сюжете также сохраняется логичность и последовательность событий.

Кто способен читать меж строк, может поймать, что принципиальное в собственном конкретном проявлении становится своей противоположностью. Интересно, иногда смешно, очень трогательно, дает возможность задуматься о для себя, навевая воспоминания из жизни. В заключении раскрываются все загадки, тайны и намеки, которые были умело расставлены на протяжении всей сюжетной полосы. Серия: Девченки небезопасных парней 3. Жанр: Современные любовные романы , Эротика. Победа Виктория и ещё 1 создатель а.

Жанр: Современные любовные романы. Судьба загнала меня в тупик, и чтоб спасти жизнь младшему брату — я продала себя, добровольно под Селезнёва Екатерина. Серия: Запретная любовь 2. Она мое искушение, но нам нельзя. Дочь моей сводной сестры. Мое наваждение. И мое наказание. Жанр: Современные любовные романы , Классические романы.

Ежели бы не та трагедия, им никогда не предначертано было бы встретиться. Утратив дорогих людей, она обещал Звонарь-Елисеева Екатерина. Осталось лишь захватить её, но как это сделать ежели она живёт по стр Жанр: Различное. Мир, в котором я оказалась, чрезвычайно похож на наш, но ещё посильнее различается от него.

Тут есть люди Высочайшая ставка ЛП Нейл Хлоя. Серия: Чикагские вампиры Жанр: Любовно-фантастические романы. Рейтинг 0 Понравилось: 0 В библиотеках: 0. Мне нравится 0 Вознаградить 0. О книжке. Читать онлайн В библиотеку. Но это не имело никакого значения. Отзывы Загрузить еще.

Высокая ставка читать онлайн полностью 1хбет расширение для хром

Откройте силу вашего подсознания. Аудиокнига целиком

Следующая статья онлайн казино в украине отзывы

Другие материалы по теме

  • Стратегии на тото фонбет
  • Лига ставок линия на футбол на завтра
  • Как играть в монополию новое карты
  • Favoritsport com ua букмекерская контора
  • Букмекерские ставки чемпион
  • Букмекерской конторе с чем едят
  • 0 комментариев